кое-что о молчании ягнят



Юра, убежденный вегетарианец, и вообще, человек, ведущий экстремально здоровый образ жизни, проснулся утром с крайне неприятным ощущением, что ему что-то заползло в ухо. Попрыгав на одной ноге и отчаянно потряся головой, он так ничего и не добился, и решил, что следует выпить настой шиповника, после которого, рано или поздно, все пройдет.

Пробежав привычные пять километров, свежий и довольный, он вернулся домой, и достал из холодильника свой обычный завтрак летом – тарелку свежих фруктов и хлеб из проращенного зерна. Пожевав кусочек хлеба, он выбрал большой сочный абрикос, и вонзил в него зубы. Абрикос закричал. Юра подавился, и, в то же время, прикусил язык. Абрикос упал на пол, и снова закричал. Юра залез на стул с ногами. Воцарила ужасающая тишина.

- Ты чего? – спросил Юра.

Абрикос, вполне предсказуемо, не ответил. Подождав еще несколько минут, Юра осторожно потыкал его вилкой. Абрикос не шевелился и молчал. Юра решил, что у него первая стадия какого-нибудь кошмарного психического заболевания – паранойя, или, еще ужасней, шизофрения. Продолжая стоять на стуле, Юра пощупал пульс – пульс был, что обнадеживало. Потом Юра попробовал лоб – лоб тоже был на месте – холодный и потный. Абрикос молчал, голосов в голове не было.

Юра осторожно слез со стула, после чего, еще осторожней, поднял абрикос. Еще немного подумав, он со всеми предосторожностями отправил злополучный фрукт в мусорное ведро, и сел за стол. За окном пели птички, светило солнышко, голова не кружилась. Юра выбрал небольшое яблоко, и, не рискнув откусить, взял нож, которым начал отрезать кусочек.

Яблоко закричало. Юра уронил нож, яблоко, опрокинул стул, и задел блюдо с фруктами. Опять воцарила тишина. На этот раз прошло очень много времени, прежде чем он рискнул шевельнуться: Юра на цыпочках подошел к ящику и достал оттуда термометр, который тут же засунул себе под мышку. Через три минуты выяснилось, что или термометр сломан, или температура Юры 36 и 6. После здравых размышлений, Юра пришел к выводу, что второе вероятней. Ситуации это не прояснило, но почему-то стало легче.

Подумав еще немного, Юра поковырялся в ухе, в результате чего на мгновение оглох. Юра вынул палец из уха, покрутил головой, заглянул на кухню, где валялись фрукты, и решил прогуляться, так как свежий воздух действует крайне благотворно даже на организм, больной на голову. Некоторое время он бродил по парку, после чего, как и следовало ожидать, его осенила мысль: Юра подошел к ларьку с фруктами, и попросил взвесить банан.

Держа добычу, он на всякий случай углубился в парк, где со всеми предосторожностями счистил толстую корку. Тишина была прямо-таки мертвенная - даже птицы примолкли. Юра откусил кусочек банана. Банан закричал. От ужаса Юра сжал руку, и банан закричал еще громче. Юра тоже закричал. Потом, как и следовало ожидать, стало тихо. Банан лежал на траве. Юра стоял возле банана. Юра стоял бы так очень долго, но тут услышал голос:

- Чего ты орешь?

Юра опустился на колени перед бананом.

- Это ты говоришь? – осторожно осведомился он.
- Это говорю я, дворник! – возмущенно ответили ему.

Юра вскочил – за спиной действительно стоял человек с метлами и в какой-то хламиде невнятного цвета. Тут в Юре внезапно пробудился аналитический ум, о существовании которого до этого момента он и не подозревал:

- Скажите, - серьезно обратился Юра к дворнику, - а сколько вы слышали криков?

Дворник, так же серьезно посмотрев на Юру, покрутил у виска, после чего поднял банан, и невозмутимо откусил кусок.

Юра сжался.

- Неча тут добро разбрасывать! – дворник громко зачавкал, - ходят всякие, песни орут…,

Юра сглотнул, и медленно побрел домой. Дома, однако же, его аналитический ум проснулся снова, и потребовал экспериментов. После полутора часов мучений было выяснено, что все свежие фрукты, точно также, как свежие овощи и орехи, истошно орут, когда их пытаются есть, резать и чистить, однако же, довольно урчат, когда их моют. Проросшие зерна на окне, как и лук с петрушкой, яростно сопротивлялись, когда Юра пытался их сорвать. Были, конечно, и положительные моменты – сухофрукты, как и хлеб, молчали. Бобовые, когда Юра начинал их варить, сыпали проклятьями. Рис торжественно заявлял, что хочет умереть героем. Гречка впадала в истерику, а кукуруза стонала так жалобно, что на глаза наворачивались слезы.

В конце концов, Юра осторожно сложил все фрукты, овощи и крупы в картонный ящик, который торжественно вынес на помойку. После этого он направился в Макдональдс, где заказал большую котлету с поджаренным луком, и две порции жареной картошки. Какое счастье, что трупы – молчат!!!

20.07.2004


Комментарии

читатель 6 сентября 2008г.
?


Имя
Комментарий

© Инна Хмель